Виталий Тищенко о самовыражении - «Автоновости»
Как крутой народный автомобиль превращается из транспортного средства в объект чистой эстетики
![Виталий Тищенко о самовыражении - «Автоновости»]( "Виталий Тищенко о самовыражении - «Автоновости»")
Bugatti Chiron – один из самых быстрых и уж точно самый пафосный автомобиль современности. Уникальный продукт крупнейшего мирового автоконцерна, пис оф инжиниринг арт, коллекционная вещь с невероятными цифрами в паспорте и оглушительным ценником. Джомолунгма для альпинистов из общества потребления. Респект, чо.
Но, глядя на него, я (видимо, по принципу компенсации или единства и борьбы противоположностей, или еще почему-то) сразу вспоминаю противоположный полюс этой планеты. Континент, на котором автомобильная уникальность творится своими руками на собственной коленке, за неразличимые с высоты Бугатти деньги, из еле живого, полумертвого либо насмерть убитого ржавого ведра.
Это земля Тюнинга. Населена она удивительными пингвинами, которые, как всякие порядочные пингвины, претерпевают порой невероятные лишения по дороге к заветной цели, но ни за что не отступаются от нее.
Не жалея ни сил, ни времени, ни скромных (а иногда уже и нескромных) средств, они превращают стандартный массовый автопродукт в нечто никем не повторимое, ни с чем не перепутываемое и порой даже нипочем не узнаваемое. Но – и это крайне важно – максимально полно и зримо олицетворяющее всю автострасть пингвина и все его представления об автомобильном Добре, автомобильной Красоте и автомобильном Счастье.
И вот тут начинается интересное.
Потому что десятками лет – с тех самых пор, когда первый немецкий подросток, повернув бейсболку козырьком назад, приклепал к бабушкиному Golf MkI стеклопластиковый бампер с цепляющим землю спойлером и антикрыло с кофейный столик – идеология народного тюнинга полностью совпадала с идеологией автомобильного мейнстрима. То есть понятие “автомобиль Крутой” было синонимом понятия “автомобиль Быстрый”.
Большие автопроизводители строили спорткары и участвовали в Больших гонках. Маленькие кооперативы предлагали “спортивные” бамперы для ВАЗ-2105, оранжевые брызговики Sparco и наклейки "StreetRasing". Кто мог – пытался заставить машину быстрее ехать. Кто не мог – заставлял ее быстрее выглядеть. И все были счастливы.
Bugatti исповедует этот консервативный подход до сих пор.
Но оглянись, гордый Бугатти: клубится ли облако за твоей кормой? Мчится ли за тобой толпа подражателей-тюнеров с грозным криком "Быстрее, выше, сильнее"?
Там только пара-тройка горбоносых от дырчатого карбона BMW X6 и развесистых Porsche Cayenne c горячими лицами восточной национальности за рулем. На Востоке всегда любили быстрых скакунов.
Остальные свернули.
На земле Тюнинга уже давно не мчат, а еле ползают, с трудом одолевая "лежачих полицейских" и пандусы подземных паркингов. Скорость выше 110 км/ч считается дурным тоном. Хороший тон – прилегать к асфальту днищем так плотно, чтобы колеса на кастомной винтовой подвеске домиком уходили в колесные арки, лежащие на полках дисков в шинах на два размера меньше. Регулирующая клиренс пневматика – не тру.
Короче, ездить должно быть максимально сложно. Это – обязательное условие, независимо от того, какой жанр вам ближе – стэнс, биппу, даб, клинлук, лоурайд или даже неописуемый босодзоку.
Самовыражение окончательно утратило функционал.
Нам некуда больше спешить за рулем.
Нам запрещено – полицией, камерами, мэром, правительством, обществом, пробками, трафиком.
Крутой народный автомобиль превращается из транспортного средства в объект чистой эстетики.
И даже вне дорог общего пользования – на закрытых для посторонних просторах автоспорта – кольцевые гонки и ралли, то есть соревнования на максимальную скорость преодоления дистанции, теряют зрителя.
Самым массовым, самым увлекательным видом состязаний становится дрифт – то есть соревнования на максимальную зрелищность этого преодоления. Способом, который максимально замедляет передвижение по сухому асфальту.
Но эти машины (на земле Тюнинга их называют корчи, и их тоже надо строить) хотя бы живые. Ими надо всерьез уметь управлять. Им нужны серьезный инжиниринг и нешуточная мощь в тысячи лошадиных сил (слышишь, Бугатти?). Лучше всего они смотрятся на ходу, в облаках дыма от шин.
А у стэнс-машин моторы – стоковые. Клинлука ради с них снимают важные навесные агрегаты. "Сбривают" даже дворники, делая архисложным передвижение в дождь. Задача – позировать перед поклонниками и объективами.
Впрочем, на тюнингованных Бивисами и Баттхедами первых Гольфах немецких бабушек движки тоже стояли родные. Чахлые.
Поэтому нам, пингвинам из TopGear, всегда будет по дороге с дрифтерами, а не позерами.
Ну и с Bugatti, конечно, тоже по пути.
Но, глядя на него, я (видимо, по принципу компенсации или единства и борьбы противоположностей, или еще почему-то) сразу вспоминаю противоположный полюс этой планеты. Континент, на котором автомобильная уникальность творится своими руками на собственной коленке, за неразличимые с высоты Бугатти деньги, из еле живого, полумертвого либо насмерть убитого ржавого ведра.
Это земля Тюнинга. Населена она удивительными пингвинами, которые, как всякие порядочные пингвины, претерпевают порой невероятные лишения по дороге к заветной цели, но ни за что не отступаются от нее.
Не жалея ни сил, ни времени, ни скромных (а иногда уже и нескромных) средств, они превращают стандартный массовый автопродукт в нечто никем не повторимое, ни с чем не перепутываемое и порой даже нипочем не узнаваемое. Но – и это крайне важно – максимально полно и зримо олицетворяющее всю автострасть пингвина и все его представления об автомобильном Добре, автомобильной Красоте и автомобильном Счастье.
И вот тут начинается интересное.
Потому что десятками лет – с тех самых пор, когда первый немецкий подросток, повернув бейсболку козырьком назад, приклепал к бабушкиному Golf MkI стеклопластиковый бампер с цепляющим землю спойлером и антикрыло с кофейный столик – идеология народного тюнинга полностью совпадала с идеологией автомобильного мейнстрима. То есть понятие “автомобиль Крутой” было синонимом понятия “автомобиль Быстрый”.
Большие автопроизводители строили спорткары и участвовали в Больших гонках. Маленькие кооперативы предлагали “спортивные” бамперы для ВАЗ-2105, оранжевые брызговики Sparco и наклейки "StreetRasing". Кто мог – пытался заставить машину быстрее ехать. Кто не мог – заставлял ее быстрее выглядеть. И все были счастливы.
Bugatti исповедует этот консервативный подход до сих пор.
Но оглянись, гордый Бугатти: клубится ли облако за твоей кормой? Мчится ли за тобой толпа подражателей-тюнеров с грозным криком "Быстрее, выше, сильнее"?
Там только пара-тройка горбоносых от дырчатого карбона BMW X6 и развесистых Porsche Cayenne c горячими лицами восточной национальности за рулем. На Востоке всегда любили быстрых скакунов.
Остальные свернули.
На земле Тюнинга уже давно не мчат, а еле ползают, с трудом одолевая "лежачих полицейских" и пандусы подземных паркингов. Скорость выше 110 км/ч считается дурным тоном. Хороший тон – прилегать к асфальту днищем так плотно, чтобы колеса на кастомной винтовой подвеске домиком уходили в колесные арки, лежащие на полках дисков в шинах на два размера меньше. Регулирующая клиренс пневматика – не тру.
Короче, ездить должно быть максимально сложно. Это – обязательное условие, независимо от того, какой жанр вам ближе – стэнс, биппу, даб, клинлук, лоурайд или даже неописуемый босодзоку.
Самовыражение окончательно утратило функционал.
Нам некуда больше спешить за рулем.
Нам запрещено – полицией, камерами, мэром, правительством, обществом, пробками, трафиком.
Крутой народный автомобиль превращается из транспортного средства в объект чистой эстетики.
И даже вне дорог общего пользования – на закрытых для посторонних просторах автоспорта – кольцевые гонки и ралли, то есть соревнования на максимальную скорость преодоления дистанции, теряют зрителя.
Самым массовым, самым увлекательным видом состязаний становится дрифт – то есть соревнования на максимальную зрелищность этого преодоления. Способом, который максимально замедляет передвижение по сухому асфальту.
Но эти машины (на земле Тюнинга их называют корчи, и их тоже надо строить) хотя бы живые. Ими надо всерьез уметь управлять. Им нужны серьезный инжиниринг и нешуточная мощь в тысячи лошадиных сил (слышишь, Бугатти?). Лучше всего они смотрятся на ходу, в облаках дыма от шин.
А у стэнс-машин моторы – стоковые. Клинлука ради с них снимают важные навесные агрегаты. "Сбривают" даже дворники, делая архисложным передвижение в дождь. Задача – позировать перед поклонниками и объективами.
Впрочем, на тюнингованных Бивисами и Баттхедами первых Гольфах немецких бабушек движки тоже стояли родные. Чахлые.
Поэтому нам, пингвинам из TopGear, всегда будет по дороге с дрифтерами, а не позерами.
Ну и с Bugatti, конечно, тоже по пути.
